«КОЛЫМА – РЕКА МОЕЙ СУДЬБЫ!»

136

Дорогие друзья! Представляем вам воспоминания в стихах охотника и поэта из Санкт-Петербурга  о поездке на Колыму в 1998 году. 20 лет назад!

 

Кудрявцев В.А.

 «КОЛЫМА – РЕКА МОЕЙ СУДЬБЫ!»

 Воспоминания в стихах о моей

исторической поездке на Колыму

20 лет назад!

Санкт-Петербург

2018

 

К двадцатилетию моей исторической поездки на Колыму

Осенью 1998 года, в период разразившегося мирового экономического кризиса в своем 50-ти летнем возрасте я решил навестить моего якутского друга Афанасия Федотовича Лаптева, профессионального потомственного рыбака и охотника, проживавшего в далеком и непознанном мною Колымском крае Республики Саха (Якутия) – Среднеколымске. Он имел охотничьи угодья в 100 км. от Среднеколымска длиной 30 км. по реке Колыма. На Запад они распространялись на 100 км. На Восток — без ограничения (до Камчатки, как он мне пояснил).

Глава Среднеколымского улуса направил с нами в тайгу сотрудницу администрации Анну Николаевну, фамилии Главы и ее, к сожалению, не сохранились в моей памяти. На охотничьем зимовье нас встретил 90-летний отец моего друга — Федот Васильевич Лаптев. Во время пребывания там нас часто навещал брат моего друга Петр с сыном Афоней, которые проживали рядом в своих угодьях. Вот и вся наша компания во время моего 15-ти суточного пребывания на Колыме «от звонка до звонка». На пару дней к нам прибыли на солидных катерах заместитель Главы с супругой и его коллеги.

Эта моя поездка оказалась очень памятной и проходила в сентябрьские дни, в самом начале наступающего зимнего сезона. Написал об этой поездке книгу воспоминаний «Колыма – река моей судьбы», которую частями разместил на авторском охотничьем сайте http://kirjasalo.ru/, а также дал согласие о размещении ее электронной версии на охотничьем сайте Республики Саха (Якутия) ohotayakutia.ru  В 2017 году издал книгу для своих друзей маленьким тиражом. С той памятной для меня поездки на Колыму прошло20 лет, и я решил посвятить этому незабываемому в моей жизни событию свои стихи.

 

Часть 1. Мой приезд на Колыму

 

20 лет тому назад на Колыме я побывал,

Запомнился надолго мне волшебный край!

Сначала самолетом до Якутска я добрался,

Погостил 2 дня, в Среднеколымск собрался.

 

В Якутске был в надежных и заботливых руках,

У Елены Николаевны Черноиван в гостях!

Водитель опытный за мною был закреплен,

В аэропорт был вовремя к отлету привезен!

 

Билеты приобрел на местные авиалинии,

Полетел на АН-24, от страха обессиленный!

Самолет, скрипя, в воздушные ямы попадал,

Так некомфортно никогда я в жизни не летал!

 

В полете вспомнил, как я в Чуе был,

Могилу В.В. Скрябина там посетил!

Увиделся с женой я Скрябина – Фаиной

Провел там вечер, в Чуе, столь родимой!

На фото: второй слева Василий Атласов, крайний справа автор (Сентябрь 1998 года, за сутки до отлета в Среднеколымск, пос. Чуя, Мегино-Кангаласский улус )

 

Василий Атласов, его друзья сопровождали,

Приняли меня как друга и обильно угощали!

В Чуе была шаманка, Дора Иннокентьева,

Запомнились ее слова пророческие, меткие!

 

Мой приезд она Фаине накануне предсказала,

Уточнив, куда поеду, многое мне рассказала:

«Купаться в Колыме строжайше запретила!

Иначе окажусь на берегу в своей могиле!

 

Предупредила, перед людьми не выступать,

Иначе, очень сильно могу там захворать!

Не меха, а лишь изделия из них, брать можно,

Добавила, на телевидении интервью возможно!

 

Еще сказала мне, за зверем не гоняйтесь,

Только, если нападет, тогда обороняйтесь!

Стреляйте в цель, но если легко раните его,

Жизнь закончится! И больше не сказала ничего!»

На фото слева направо: автор, Дора Иннокентьевна, Фаина Илларионовна Скрябина, представитель Главы Мегино-Кангаласского улуса. (Сентябрь 1998 года, пос. Чуя)

 

Встретил друг-охотник в аэропорту меня,

Чувство дружбы искренние испытал тогда!

Радостная встреча после дней разлуки,

Теплый разговор развеял время скуки!

 

Главу Улуса навестили, он чаем напоил,

Расспрашивал о жизни и, даже похвалил!

За авторскую песню мою о Колыме,

За отношенье к Краю, любовь к стране!

 

С нами на зимовье он женщину направил,

Предупредив, поможет вам еду готовить.

Гостеприимством он себя таким прославил,

Хотя решением своим не мог ее неволить!

 

Местному ТВ дал интервью по просьбе их,

Беседу вел, как говорится, «на двоих».

Ответы на вопросы коротко им изложил,

При этом, наказу от шаманки я не изменил!

 

На вопрос, как все же я сюда за столько верст попал,

Ответил: «Раньше, бесплатно, если лишнее сказал!

Сейчас приходится из своего кармана заплатить,

Если есть желание по Колыме Великой плыть!»

 

Вопрос: «Что привело? Ведь кризис мировой!»

Ответил просто: «Не дает душе моей покой,

Как в кризис этот мировой нам выживать?

Лишь на Колыме возможно это осознать!»

На фото: Ритмы Колымской жизни. Начало пути!

 

На моторной лодке помчались дальше мы,

100 километров преодолев Великой Колымы!

Воздух сентябрьский свежо пьянил меня,

Вокруг тайга заветная, крутые берега!

 

В сказочную жизнь мне приоткрылись двери,

Всматривался в берег я в надежде, где же звери?

И ветер сильный и прохладный освежал меня,

Не мог представить я тогда, как велика страна!

 

Пристали к берегу крутому речки Колымы,

На нем охотничьи строенья с древней старины!

При Николае Втором был встроен в землю дом,

Отец охотника жил в нем с тех памятных времен!

 

Нас встретил 90-летний дед, охотника отец,

Тепло и крепко обнялись, пути пришел конец!

Из Петербурга на край света привела судьба!

Добровольно, далеко так занесло меня!

На фото: Зимовье в 100 км от Среднеколымска. Снимок сделан с балкона 2-х этажного домика.

В центре снимка Афанасий Федотович Лаптев, справа от него домик отца — Федота Васильевича, построенный до революции при царствовании Николая Второго.

 

Отец неимоверно счастлив, встретив сына, был,

Осматривал его и долго на якутском говорил,

На русском мог сказать он очень мало слов,

Жизнь вся прошла в тайге, но не был он суров!

 

Очень внимательно меня он изучал,

Мысли свои сквозь меня глазами пропускал,

Я сразу осознал, что не допустит он обман,

Позднее лишь узнал, что древний он шаман!

 

Я подарил ему часы, в ответ он улыбнулся,

Убрал их сразу в дальний стол и отвернулся.

Увидев на моем лице и прочитав немое удивленье,

Сказал, что по часам на Колыме не выжить несомненно!

На фото: Федот Васильевич Лаптев, 90-летний потомственный профессиональный рыбак-охотник (сентябрь 1998 года)

 

Что время не считают по часам, в краю суровом этом,

Оно здесь по-особому течет, опоздал, то призовет к ответу!

Здесь некогда сверять часы и время прожитое суток,

Встретишь зверя, жизнь на волоске в секунде, не в минуте!

 

Завтрака, ужина, обеда не бывает, разъяснил!

Что лучше есть всегда, когда захочешь, пояснил

И вдруг спросил, какие в Петербурге юбки носят,

Я онемел, кто в наши 90 лет из нас такое спросит?

 

Часть 2. Первый день моей Колымской жизни.

 

Разместились в доме мы вполне комфортно,

Вечер встречи проведен в беседе теплой,

Дом двух этажей, с большим балконом,

Не хватало только люстр и патефона!

 

Сделан он из того, что проплывало мимо,

Рядом с «избушкой при царе», смотрелся мило!

Был, кстати генератор, свет давал приличный,

Жили в освещенном мире, счастливо, отлично!

 

Утром рано я проснулся, вышел к Колыме,

Свежий воздух, вихри мыслей в моей голове!

И зачем сюда приехал, что меня здесь ждет?

Возможно, личный подвиг, но напугал свой род!

 

В 6 утра готовый завтрак, сковорода шкварчит,

Наша Анна Николаевна уж с четырех не спит!

Мы поели, чай попили, с вещами собрались,

Сели в лодку и помчались, впереди вся жизнь!

 

Сначала навестили на берегу охотников, друзей,

У них забрал мы оружие, чтобы добыть зверей!

Далее помчались вдоль реки — великой Колымы,

Стаю турпанов встретили и 2-х добыли по пути!

 

В палатке разместились на Колымском берегу,

И стали скрадывать мы лося, «лежа на боку»,

Внимательно смотрели вдаль и долго ожидали,

Никто не потревожил нас, но не было печали!

 

На фото: Вид на возможный переход лосей через Колыму.

 

Костер нас согревал и чашка чая заварного,

Рыба вяленая, древний вкус, и ничего другого!

Но этот первый день охоты приободрил меня,

Нет ничего прекраснее ожиданий того дня!

 

Вдруг пара лебедей спустилась с неба к нам,

Качаясь, по колымским поплыли волнам!

Вскинул карабин мой друг, взял на мушку их,

Я отговорил его стрелять, нельзя губить двоих!

 

Пусть эта пара проживет свой век счастливый,

Красиво плавают в воде, и выглядят так мило!

Друг опустил свой карабин и улыбнулся про себя,

Что узаконен их отстрел, позже узнал об этом я!

 

Вернулись с утками домой вечернею порою,

Закат светился над рекой малиновой зарею!

Вечерний ужин, разговор о прожитом былом,

С дедом беседовали долго обо всем втроем!

На фото: Колымские малиновые зори (Середина сентября 1998 года. Зима приближается)

 

Часть 3. День отдыха на заимке с баней и рыбалкой

 

День отдыха после приезда наступил,

И Афанасий свою баньку затопил.

Как сарайчик выглядела эта баня,

Но все же я сумел себя попарить!

 

Холодный пол от вечной мерзлоты,

И жар от печки с потолка до икоты!

Энергетическою банею ее прозвал,

То вниз, то вверх на полку залезал!

 

Когда водой колымской окатился,

То осознал, что вновь на свет родился!

На всю я жизнь запомнил баньку эту,

Нет радости мне более, чем та, на свете!

 

Вскоре к нам приехал брат с сынишкой,

Родные братья крепко обнялись.

Жили на заимке рядом, но не близко,

Рассказы сразу жизненные полились!

 

Брат мне поднес огромного налима,

И вынул печень из него картинно,

Дает мужчине силу, пробуйте, сказал

Я съел кусочек, свою смелость показал.

 

Так был проверен по-колымски братом я,

А из налима сделана была старинная уха!

Мы ели не спеша, вели неторопливую беседу,

После обеда сообщили, на рыбалку мы поедем.

 

Собрались вскоре, невод в лодку уложили,

Вниз по теченью Колымы на лодках 2-х отплыли.

Сошли на берег, невод аккуратно разложили,

С ним вдоль берега они прошли и очень удивили!

На фото: Колыма – кормилица! Слева направо: Петр Федотович, Афанасий Федотович и Афанасий (племянник моего друга-охотника)

 

Попало рыбы много, четыре полные мешка,

Таких чудес на свете в жизни не видал я никогда!

Но Афанасий загрустил и произнес: «Попало мало»

Я успокоил, заявив, со мной такого в жизни не бывало!

 

Все порадовались и вернулись счастливы домой,

Расстались к завершенью дня, и наступил покой!

Насыщенный гостями день был прожит незаметно,

Но воздух Колымы напоминал об осени приметно!

 

Часть 4. Поездка на медвежий таежный берег Колымы

 

Выспались за ночь колымскую отлично,

Позавтракали утром сытно и прилично!

Оружие проверили и вещи загрузили,

И на «Казанке» на охоту зарулили!

 

Утром ранним вышли при тумане,

Берега таинства полные, обмана!

Шли, встречая солнечный восход,

Долгим был волнительный поход!

 

Вскоре встали к берегу, увидели следы,

Медвежьи небольшие и огромные одни!

Как две мои ладони, и свежие причем!

Я переволновался, а другу не почем!

 

Вышел неторопливо и глянул на меня,

И тут же охватила спокойствия волна!

Я вышел с лодки смело, за ним пошел,

Он вскоре вдоль ручья тропу нашел!

 

По ней ушли медведи в дремучую тайгу,

С волненьем вспоминаю день тот потому,

Что сказочное утро открыло мир иной,

И навсегда забыл я свой мирской покой!

 

Охотником рождаются не только якуты,

Живет в нас ген охоты с древней старины!

Проснулось чувство предков дорогих, родных,

Благодаря другу-якуту, познал вдруг мир я их!

На фото: Автор на медвежьей тропе в Колымской непроходимой тайге.

 

Петлю на зверя установили осторожно,

Чтоб запах человека учуять было сложно!

Покинули мы берег заповедный, потихоньку,

От берега отчалили, как говорится, полегоньку!

 

Обратный путь проделали в дружеской беседе,

Завез меня к пристанищу он своему, заветному!

Не берегу колымском он выстроил беседку,

Вполне приличная она, и, кстати, не приметная!

 

Он в этом месте многое творил,

Здесь в мир искусства двери отворил!

Писал стихи свои и рисовал картины,

Будучи один, он не был одиноким в мире!

 

Сакральное свое он место показал,

О нем он многое поведал, рассказал,

Отсюда в небо луч голубой стремится,

Волшебный отражает след на лицах!

 

Ему поверил, честно я, тогда не зря,

В душе моей взошла волной заря!

Раскрыл мир сказочный он Колымы,

О ней я вспоминаю часто с той поры!

 

Река, почти две с половиной тысяч километров,

Несет на север воды, холодные свинцовые свои!

А человек, обдуваемый на ней холодным ветром,

Живет, без страха трудится, охотится все жизни дни!

На фото: Афанасий Федотович Лаптев, потомственный профессиональный рыбак-охотник со своей очередной добычей (1997 год, вблизи своего зимовья)

 

Взбодрился я тогда, переоценил смысл жизни,

И более ответственно стал думать о своей отчизне!

Огромные на самолете пролетел тогда я расстояния,

Осмыслил цену жизни на личном с Колымой свидании!

 

Часть 5. Поход за брусникой по просьбе Анны Николаевны.

 

Однажды Анна Николаевна вдруг подошла,

Затеяла свой разговор издалека и не спеша.

«Рассказывает что-либо мне мой якутский друг,

Показывает что-либо», спросила меня вдруг.

 

Конечно, я уверенно ответил ей, рассказывает,

И многое, мне интересное, всюду показывает!

Но почему вопросы вдруг возникли у тебя?

«Обещал сводить за ягодами и не ведет туда».

 

Вдруг Афанасий появился, на первый же вопрос,

Оденемся и выйдем в лес, он сразу произнес.

Взял карабин, и я взял свой, вышли мы в тайгу,

Недалеко прошли совсем, но понял, почему.

 

Увидел море под ногами я бордовое брусники,

Восторженные тут же услышал я от Анны крики!

И приступила к сбору ягод, долгожданных, Анна,

Я тоже начал есть бруснику спелую, немного жадно!

 

Затем окинул взглядом я великую тайгу,

И восхищенно произнес, не знаю почему.

Вскинул свою руку, на лиственницы указал,

«Ветер расчесывает вихры здесь», всем показал!

На фото: Каменное ожерелье Колымы, обрамленное лиственницами.

 

Афанасию сравнение мое понравилось вполне,

Он улыбнулся про себя, порадовался мне вдвойне!

Он понимал, сроднился я с его любимой Колымой,

Я с грустью осознал, вскоре вернусь к себе домой.

 

Оставили Анну Николаевну бруснику собирать,

Собака рядом и некому ее, скорей всего, пугать.

Но вскоре появилась, взволнованная внешне очень,

Афанасий побежал в тайгу с оружьем, и что есть мочи!

 

Вернулся и спокойным голосом мне рассказал,

Медведь был рядом, отвел, следы мне показал!

Вот так природа мать в краях таежных правит,

Ошибки не прощает, срок жизни лишь убавит!

 

Часть 6. Приезд высоких гостей из Среднеколымска

 

За днями недели на Колыме я не следил,

Выходной негаданно-нежданно наступил!

На двух евро-моторках гости прилетели

Нас, по согласию Главы, увидеть захотели.

 

Вечером устроили гостям обильное застолье,

Был стол накрыт с икрою, мясом, хлебом-солью!

Тост первый на якутском произнес наш ветеран,

Глаза в глаза, внимательно, произносил слова шаман!

 

Когда спросил я остальных, о чем его слова,

Ответ простой, достойный услыхал тогда.

Желает Вам здоровья на долгие года,

И чтоб охотились удачно многие лета!

 

Мы дружно посидели за небольшим столом,

Хоть было очень тесно, но дело ведь не в том!

Друг друга понимали по взглядам и словам,

Не часто так комфортно сижу, как сними там!

 

Вскоре к Колыме спустились с берега крутого,

Костер огромный разожгли из дерева сухого.

В ночной тиши костер наш яркий запылал,

И над Колымою песенный голос зазвучал!

 

Душевно отдыхали у притихшей Колымы,

Река спокойно протекала мимо нас в тиши!

О чем же мы поем, возможно слушала она?

И песни наши унесла с собой Великая река!

На фото: Вечерний сказочный закат

 

Гостей своих мы разместили на свои места,

Переселился я в «избушку от батюшки-царя»!

Возлег на нары нижние, ну, как великий гость,

Проспал, словно в утробе матери, всю эту ночь!

 

Сны снились мне космические, сказочной красы!

Так никогда не высыпался я, и ни в какой ночи!

Проснулся утром осветленным, снова молодым,

Тойена бодрого увидел, поговорил душевно с ним!

 

В свой путь обратный гости очень рано собрались,

Забрав нашу кормилицу, вскоре вдаль унеслись!

Моторы мощный на катерах с японских островов,

Летели прямо над водой, красиво, что нет слов!

 

Остались лишь втроем на Колымском берегу высоком,

Ведь скоро сказка кончится, ждет путь меня далекий!

 

Часть 7. Мы снова на охоте

 

Лишь гости наши улетели,

Собрали вещи, в лодку сели,

Отправились мы на свою охоту,

Непроверенная петля-огромная забота!

 

На берег вышли мы, чуть только рассвело,

В душе волненье, не успокоить, как назло!

Дыхание прерывистое, сердца сильный стук,

Услышит зверь, и раньше обнаружит вдруг!

 

Все обошлось, пошли к петле мы осторожно,

Афанасий ринулся вперед, была тревога ложной!

В петле был зверь, бревно в тайгу он оттащил,

Кто спас, и как освободиться от нее хватило сил?

 

Афанасий помрачнел сильней осенней тучи,

Каждый мускул напряжен в теле его могучем!

Он так мечтал добыть для друга трофей заветный,

Я успокаивал его, обняв, прижав к себе едва заметно!

 

Решил, что он меня к друзьям заветным отвезет,

Возможно в их угодьях нам с охотой больше повезет.

Вернулись мы домой и сами приготовили себе еду,

Не стали говорить Тойену про свою охотничью беду!

 

Часть 8. Дальний путь на охоту к пересечению с Полярным кругом

 

Решил мой друг медведя мне добыть,

Предупредил, придется долго плыть.

По Колыме, к другу в далекую тайгу,

Там зверя больше, поверил я ему.

 

Собрались основательно мы в путь

И двинулись с самого раннего утра

С бортов окатывала водяная муть,

Спешно летели мы на катере туда!

 

Огромные мы расстоянья покорили,

Вдоль красивейших мест проплыли!

Был в восхищении я от этой красоты

Вскоре Полярный круг пересекли!

 

Вот это да! Подумал я тогда!

Полярный круг! Такие, брат, дела!

Великий подвиг мною совершен

И вскоре отпуск будет завершен!

На фото: Колымская тишина у Полярного круга.

 

Вдруг увидели на берегу собаку мы,

Залаяла и завиляла дружески хвостом.

Следы были видны охоты и борьбы,

«Сбежала от охотника, ее не заберем».

 

Услышал я суровый сей вердикт,

От неожиданности немного сник.

Закон охоты в тех глухих местах суров:

«Сбежит собака, охотник «наломает дров»!

 

Нас встретили друзья гостеприимно,

Крупные 2 шкуры висели во дворе картинно!

Одна – лося, вторая – огромного медведя,

Добиться сложно вот такой большой победы!

 

Они охотились вчера на озере на лося

Увидели, медведь его пытается убить.

Поэтому пришлось стрелять сразу обоих,

Чтобы ответить Гамлету – «Быть или не быть!»

 

В дом гостеприимно сразу пригласили,

Сначала нас с дороги чаем напоили,

Две женщины на кухне ворковали,

На стол нам рыбу с мясом подавали!

 

Насытились и начали они вести беседу,

Рассказы слушал я про прошлые победы.

О том, что стало много меньше зверя,

И что сбываются шаманские поверья!

 

Все как в жизни нашей, только здесь тайга,

Нет магазинов, отсутствует людская суета!

Время течет размеренно, не смотрят на часы,

Нет никакой людской здесь нервной толкотни!

 

Мы явно опоздали на охоту на медведя,

Другого в тех местах не надо было зверя!

Мне предлагали шкуру медведя взять с собой,

Я отказался, понимал, не донести ее даже толпой!

 

Когда решил сделать прощальное я фото,

Один охотник заявил, что старика он приведет.

Вернулся вскоре он с собакой очень старой!

Живет внимательный к собаке-другу там народ!

 

Обратный путь проделали быстрее,

Нам в этом помогали воды Колымы,

Домой летели мы на всех парах, скорее,

Чтобы добраться до кромешной тьмы!

 

Но вдруг заглох мотор на удивленье,

Бензин закончился, какое умиленье,

Что поплывем на веслах по теченью,

Но наступило неожиданное завершенье!

 

От берега вдруг подлетела к нам моторка,

Шум в тишине казался очень даже звонкий!

Незнакомец передал канистру нам бензина,

И улетел, как будто не было его в помине!

 

Осталась в памяти те удивительные встречи,

Большой тогда на лодке сделали мы переход!

И хоть мы опоздали на охоту, не добыли зверя.

Памятны встречи, какой там удивительный народ!

 

Часть 9. О нашей охоте в последние дни

 

Сентябрь в разгаре, тепло и солнечные дни,

Внезапно полетели на юг птичьи клины!

Сначала гуси в свои стаи собрались,

Затем и лебеди вдруг в небо сорвались!

 

Природу не обманешь светом и теплом,

Вскоре покроется все беленьким снежком!

Птицы понимают климата природный переход,

Заранее по интуиции своей готовятся в полет!

 

Я тоже загрустил, скоро и мне домой,

Но вдруг увидел в небе, Бог ты мой!

Клин небольшой птиц, из гусей и лебедей,

Летели дружно и степенно группою своей!

 

Спереди два лебедя, помощник и вожак,

Затем четверо гусей, клином, не просто так.

И лебеди, по одному, замыкали дивный клин!

Жаль, не успел сфотографировать, ну и Бог с ним!

 

Такие чудеса увидел в тот счастливый день,

Летели стаями на юг, на землю бросив тень!

И песни их издалека напоминали о зиме,

Готовится к отъезду скорму пришлось и мне!

 

Ближе к вечеру поехали проверить солонец,

Я осознал, моей охоте на Колыме пришел конец!

Вдоль притока Колымы двинулись ногами к цели,

В мутной воде нашел зуб мамонта, и был он целый!

На фото: Найденный автором зуб мамонта в притоке реки Колымы.

 

Зуб в иле был и сохранился в вечной мерзлоте,

Такого чуда я не видел ранее, естественно нигде!

Находку нежно, радостно к своей груди прижал,

Друг мой улыбнулся тайно, слава Богу не заржал!

 

Он пояснил, что ранее здесь бивни находил,

На поиски их в детстве никогда не тратил сил!

Жили когда-то мамонты огромной вышины,

Весенние разливы вымывали бивни из тайги!

 

Вдруг мы увидели следы лося, медведя рядом,

Резко изменилась жизнь и началась охота скрадом!

Прошли мы осторожно путь, лишь к вечеру вернулись,

Конечно, сожалели мы, что все без дичи обернулись!

 

Но все же охота состоялась, понравилось так мне,

Что часто возвращаюсь я на Колыму, но лишь во сне!

Решение рискованным и непродуманным казалось,

Очень многое в жизни сумел познать, себе на радость!

 

Часть 10. Сборы в обратный путь. Перелет от Среднеколымска до Зырянки.

 

Ветер северный колючий вдруг подул,

Мысли мои сразу же к дому завернул.

Понимали оба мы, что завершается охота,

Сборы в мой обратный путь, главная забота!

 

Сократился вскоре птичий перелет,

Небо голубое меня домой зовет!

Ночью подмораживать стало иногда,

Понятно, надвигается зимняя пора!

На фото: Голубые дали Колымы в предзимний период. Вторая половина сентября 1998 года.

 

Друг заволновался, и собрал рюкзак,

Много мяса, рыбы уложил он так,

Что не смог его с земли я оторвать,

Пригодится в Питере перезимовать!

 

Баню протопили мы в последний раз,

Нагрелся и напарился от души и всласть!

Вновь послушал деда, рассказы об охоте,

Он проявлял ко мне душевную заботу!

 

Меня утром разбудила своим воем вьюга,

Все кругом запорошила снежная подруга!

Вещи в лодку загрузили, сели кое-как,

И помчались поскорее к дому натощак!

 

Был взволнован мой напарник, не скрыть от меня,

Шли на север против ветра, была кругом беда!

Воды заливали лодку, снег слепил глаза,

Впервые в экстремальной жизни побывал там я!

 

К берегу пришлось нам вскоре срочно приставать,

Из лодки слили быстро воду, снова в путь опять!

Долго шли мы одиноко, встретили лишь одного,

В лодке, в сказочном видении абсурдного кино!

 

Наконец дошли мы к цели, к берегу пристали,

Наконец, домой вернули, сильно же устали!

Встретили друзья радушно, в доме разместили,

В тот же вечер мне радушно баню истопили!

 

В бане с зам. главой улуса парились весь вечер,

Жар парной, воды прохлада, помню эту встречу!

Парень молодой зашел, песнь о Колыме послушал,

С вяленой ряпушкой вернулся, чтоб я дома кушал!

 

Жил в гостях я пару дней, ждал отлет домой,

Но нелетная погода, как назло, бог мой!

Вскоре сели в вертолет, до Зырянки рейс,

Проводил Глава улуса, достойная мне честь!

 

Над Колымой летели с притоками ее,

Застелил снег землю, было белым-бело!

Увидел гусей две стаи, спешащие на юг,

И с грустью вспоминал я, как мой якутский друг!

 

Рейс встречал Глава Зырянки, чем удивил меня,

Но запомнились надолго события того мне дня!

 

Часть 11. Авиаперелет от Зырянки до Якутска, далее до Санкт-Петербурга.

 

Встретил парня в летной куртке, он спросил меня,

Почему в глуши столь дальней, и с какого дня?

Я ему ответил честно, на Колыме мечтал пожить

И проделал путь далекий, чтобы друга навестить!

 

Попросил свезти на берег речки Колымы,

Привели и спел им песню от всей своей души!

Песня тронула немного каждого из них,

И спросили вдруг меня, чей же это стих?

 

Скромным голосом озвучил тихий ответ мой,

Песню давно я сочинил и хочу лететь домой!

В Петербурге я живу, рейс с Якутска скоро,

Мне оттуда вылететь, ждет дальняя дорога!

 

Парень в куртке сообщил, что же, пора садиться,

Сели в ЯК мы реактивный, в небе быстро мчится!

Парень в куртке — командир был на этом судне,

Полетели над тайгой в небесном танце чудном!

 

Сказкой время пролетело в небе очень быстро,

В Якутск с Зырянки прилетели, хотя это не близко.

Самолет на Петербург ждал, почти что час,

Оглянуться не успел, как пересадили нас!

 

Аэробус в высь поднялся, взяв свой верный курс,

До сих пор над тем полетом радостно смеюсь!

10 тысяч километров за 10 часов с тайги в пути,

В книгу рекордов Гиннеса могли бы занести!

 

Вот такие приключенья пережил тогда в пути,

Жаль, что парня в летной куртке не сумел найти!

Песнь о Колыме признал и помог мне потому,

Если стих мой прочитает, низко кланяюсь ему!

 

Приложение к части 11. Песня «Колыма – река моей судьбы».

 

Краткое пояснение: Эти слова являются условным переводом песни, написанной профессиональным рыбаком — охотником Афанасием Федотовичем Лаптевым на якутском языке. Под его непосредственным руководством, я стал молодым охотником и начал активно охотиться в дальнейшем. Именно там я понял смысл охоты, а главное, настоящей охотничьей дружбы, и попытался выразить свое отношение к событиям в этом эмоциональном переводе. До этого, я стихов, практически не писал.

 

Свет зари над Родиной встает,

Над моей родной Саха – Сирэ!

Я плыву по милой Колыме

И с надеждой жду своих друзей.

 

Путь земной и сложен, и тернист

По нему так трудно нам идти,

Колыма, родимая моя,

Ты друзей мне верных приведи!

 

Колыма, любимая моя!

Ты течешь рекой моей судьбы.

Без тебя нет жизни у меня,

К берегам стремлюсь своей мечты!

 

Колыма – река моих надежд,

Колыма, ты жизни яркий свет!

Скоро снова я к тебе вернусь

И душой, и сердцем поклонюсь!

 

Свет зари над Родиной встает,

Мы плывем по жизненной реке.

На своей родной Земной Реке!

Снова мы в кругу своих Друзей!

 

Часть 12. Послесловие

 

С тайги Колымской в цивилизацию вернулся я,

Были счастливы друзья, особенно семья!

После таежной тишины стал непривычен шум,

Вернулся в Смольный на работу, взялся там за ум!

 

Потекли деньки-денечки в шумной суете,

Часто вспоминал поездку, когда наедине,

Оставался сам с собою, часто сон видал,

Гонится медведь за мною, рад, что не догнал!

 

Как-то чудный оберег подарили в Смольном,

Говорили на якутском, заслушался невольно.

Понимал, что неспроста мне его вручают,

Отношение друзей якутских этим величают!

 

Федор Марков передал от друзей приветы,

И хранить меня просил оберег заветный!

Будет счастье приносить на охоте, в жизни,

Будет он меня хранить везде, по всей Отчизне!

 

На фото: Снимок якутского оберега «Мужской дух», подаренного автору мастером-косторезом,

народным художником Якутии Федором Марковым.

 

Волшебный символ берегу я Мужского духа,

Посетив Колымский край, живу давно без скуки!

 

Виктор Кудрявцев                        30.07.2018